На данный момент Русская Православная Церковь – наиболее крупный институт общества, противостоящий эмансипации лгбт, представители РПЦ или близкие к ней структуры так же разжигают ненависть в отношении геев, подстрекают к противоправным действиям в отношении лгбт.
Надо отметить что такая крупная организация как церковь неоднородна и в ней или около нее есть группы с различными инетресами и “болеющие” религией по-своему, не все из них гомофобны. Негомофобные течения в церкви иногда оказывается заложником гомофобов, рискуя усомнившись в целесообразности травли геев получить обвинение в поддержке “содомии”.
Характерным так же является то, как высокие чиновники РПЦ разделяют геев: на “плохих” – тех, что являются сторонниками эмансипации своей группы, и “хороших”, тех, кто исправно пользуется коммерческими услугами РПЦ и считает свою гомосексуальную ориентацию грехом.
Необходимость гомофобии РПЦ. Церковь так или иначе является коммерческой структурой, но особенность ее как бизнеса заключается в характере бизнеса: клиентам (прихожанам) она должна представляться как нечто положительное для них самих и для общества. Люди преклонного возраста как правило из нейтральных к религии становятся со временем религиозными, так как разумеется мало кому хочется свыкнуться с мыслью, что скоро придется уйти в небытие, все хотят попасть в рай. Предложение вечной жизни и рая после смерти – главное, что дает церковь на индивидуальном уровне каждому желающему.
Для максимизации притока клиентов, на общественном уровне церковь так же должна что то предлагать, какой то общественный проект, который улучшит ситуацию в чем то. Более того, церковь должна показать что сейчас что то не так в обществе и эти проблемы она знает как исправить. Одной из таких проблем, какие видит церковь является стремительное вымирание потенциальных прихожан – количество этнических русских в России стремительно сокращается – сотними тысяч в год. Если церковь предложит общесву такое решение проблемы, как повышение социальных благ: пособий по уходу за детьми, материнского капитала, дешевое жилье, то оно будет прямо противоречить коммерческим, классовым интересам церкви. Интересам класса буржуазии, частью которой является церковь прямо противоречит повышение социальных обязательств государства, поскольку любые социальные обязательства за собой влекут необходимость увеличения налогов с бизнеса, налогов на роскошь, налогов на лишнюю жилплощадь и т. д. Другое предложение, которое могла бы давать церковь общесву по демографической проблеме – решение проблемы наркотиков, “русского джихада” (массовой наркотизации в частности алкоголизации населения России), но его она так же не может дать: десятки миллионов граждан России формируют огромный рынок сбыта для наркотиков и противопоставление наркотизации – прямой путь к ссоре с другим крупным бизнесом, сильными мира сего, данный вариант отпадает. Среди других вариантов остается один: предложить обществу укрепление института семьи, а открытых геев представить врагами общества, агентами уничтожения института семьи. Поскольку геи находящиеся во властной элите, как правило закрытые, то разжигание нанависти к открытым геям не вызывает отторжения у властной элиты. Другими предложениями церкви
Устойчиво складывается ситуация с падением процента, русского и просто белого населения России с 80-90% в 90-х, до 60-70% сейчас и в ближайшее время. Преодолеть ее не удастся – демографические процессы высокоинерционны, к тому же государственная политика направлена в обратную сторону. Ассимиляция же не так быстра, для нее нужны поколения.
